Skip to content

1954 всего; на сегодня 283

 

Правоприменительная практика

Профессиональным юристам нет смысла объяснять, что такое правоприменительная практика.
Какое значение правоприменительная практика имеет при рассмотрении судебного спора.
Любого судопроизводства.
Будь то, гражданское судопроизводство, административное, или же в суде рассматривается уголовное дело.

Однако, сегодня в силу того, что доступ к законодательной базе (материальные, процессуальные законы) достаточно прост, каждый может ознакомиться с правилами, установленными той или иной нормой закона. Нередко участник процесса сам отстаивает своё нарушенное право в суде, не прибегая к помощи профессионального юриста. Иногда, потому что не имеет достаточных средств, иногда, полагая, что он сам способен справиться с защитой своих позиций, потому как нормы закона ему известны.

При этом, не будучи искушённым в хитросплетениях юриспруденции, не вполне четко представляет себе то, что, скажем, определено, как правоприменительная практика, и чем она обусловлена.
Поэтому нередко случается так, что постановление суда воспринимается как «необоснованное», то есть не основанное на законе.
Конечно же, судебный акт обжалуется, но и, получив отказ в удовлетворении жалобы (апелляционной, кассационной, в порядке надзора), проигравшая сторона не всегда и не совсем понимает, почему.

А суть в том, что норма, предусмотренная тем или иным законом, едина для всех ситуаций, а обстоятельства дела в каждом конкретном случае, индивидуальные.
И иной раз, даже судья, который обязан применять закон ежедневно, не способен разобраться, соответствуют ли конкретные «обстоятельства по делу» ситуации, обозначенной нормой статьи.
То есть, следует ли применить «отсылочные» нормативно-правовые акты, или же принять решение, исходя из «базовой» законодательной базы.
И вот тогда на помощь приходит правоприменительная практика.

Иными словами, какие судебные решения выносились по аналогичным обстоятельствам, почему они выносились, и что принимали во внимание (или, не принимали) высшие судебные инстанции, когда отменялся (или утверждался) судебный акт, вынесенный судом первой инстанции.

Вот, предположим ситуация с резонансным уголовным делом Расула Мирзаева.
Суд пришёл к выводу, что прокуратура обосновано, изменила квалификацию совершённого им преступления.
То есть, нанося удар (возник двусторонний конфликт, потому как, если есть конфликт, то в его создании участвую две стороны, иначе бы конфликта просто не было), обвиняемый не ставил перед собой цель, убить потерпевшего (умышленное убийство).
Во всяком случае, возникли сомнения в том, что Мерзаев изначально хотел смерти Ивана Агафонова.
А любое сомнение трактуется в пользу обвиняемого.
И ранее звучавшие утверждения о том, что была нанесена травма, не совместимая с жизнью не могут быть, как минимум, корректны по одной причине.
Потерпевший скончался не мгновенно, получив мощнейший (по мнению стороны защиты) удар профессионального спортсмена (самбиста), он скончался лишь спустя несколько дней, в больнице.
А это означает, что получив удар, упав, получил дополнительную травму, ударившись об асфальт, погибший получил серьёзные «увечья», но они были «совместимы с жизнью», потому как пострадавший какое-то, время был жив.
«Не совместимые с жизнью», это значит, смерть должна была бы, наступить мгновенно (жизнь не может продолжаться, в силу несовместимости с полученными травмами).
Не следует забывать, что было проведено пять судебно-медицинских экспертиз, и сомнения в том, что есть прямая связь между силой нанесённого удара Мерзаевым, и непосредственно, смертью, которая смогла бы наступить без получения дополнительной травмы, полученной от падения и удара головой об асфальт, остались.
Ну, а поскольку установить истинную причину не удалось (неважно, по каким причинам, может быть не была оказана своевременно надлежащая медицинская помощь), но, смерть всё же, наступила, то и приговор не мог быть оправдательным, по определению.

И ещё один немаловажный фактор следует принимать во внимание.
Психологический.
Совершенно очевидно, что когда прерывается чья-то, жизнь, то, родным и близким очень сложно просто принять это как факт, который изменить невозможно.
И вполне объяснимо желание не только переложить часть вины с погибшего (ещё раз хочется обратить внимание на тот факт, что конфликтная ситуация уже была создана «обеими сторонами») на «выжившего», но и жаждать «справедливого возмездия».

Разумеется, безжалостно задавать вопрос убитому горем, отцу, потерявшему сына, мол, а что же вы сами, почему не внушили ему мысль, что «не всё можно из того, что хочется».
Ведь, в действительности, конфликт разгорелся только лишь потому, что (по утверждению Мерзаева и опрошенных свидетелей, как с его стороны, так и со стороны погибшего Агафонова), погибший обратился к девушке обвиняемого с «непристойным» предложением.
Хотя и это мнение (о непристойности) чисто субъективное.

Почему родители не смогли сформировать в сознании мальчика понимание того, что если девушка находится в компании молодого человека, то, по меньшей мере, неприлично вообще обращаться к ней с какими либо предложениями.
Даже невинно пригласить на очередной танец, не обратившись за разрешением к молодому человеку, в компании которого она находится.
Несмотря на то, что эта девушка очень понравилась (или, напротив, не понравилась).

Почему, молодой человек, дожив до 19-ти лет, так и не смог усвоить тот факт, что существуют элементарные правила поведения в общественном месте. Ведь если бы не «огрехи» в воспитании сына, то, возможно не было бы столь трагических последствий ошибок родителей.

Но, это – родители. Их можно понять, их поступки можно объяснить.
Но, как и чем объяснить безнравственность тех, кто, используя трагедию, пытается «получить дивиденды»…

Речь не идёт об «особом мнении» СК РФ.
Каждый вправе его высказать.
Речь идёт об (цитата НГ, фоторепортаж): «… истерично настроенных правых, в основном взрослых…».
Вот именно, взрослых…
Казалось бы, умеющих отделять «плевра от зёрен».
Кстати, вот один из примеров «убийственного аргумента» несогласия с приговором суда: «… справедливый (более суровый) приговор для Мирзаева мог бы быть хоть какой-то гарантией от случайной смерти…».

Гарантий от «случайной смерти» не может быть по определению, иначе бы она не называлась «случайной».
К тому же, нет ничего случайного.
Всё имеет причинно-следственную связь…
А в данном конкретном случае, у одного не хватило ума смолчать при виде девушки в компании молодого человека, у другого не хватило ума сдержать эмоции.
В итоге – трагедия, и отнюдь не случайная, а созданная людьми…
Вот если бы… да, кабы…
Но, случается так, как случается.

Спасибо, что прочитали статью, пожалуйста, оставьте отзыв и оцените!

Голосовать ПРОТИВГолосовать ЗА (Пока оценок нет)

Получать обновления:

Вы можете добавить статью "Правоприменительная практика" в:


Приглашаю посетить мои странички в следующих сервисах:

За всё время прочитали: 1955 всего

Напишите комментарий

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.

Яндекс.Метрика

95 запросов за 0,160 секунд.